Играющий тренер команды Hockey Go School Андрей Тютюнников рассказал нашему изданию о роли красного диплома в тренерской деятельности, о своём новом проекте, а также поделился воспоминаниями о съёмках в популярном хоккейном сериале «Молодежка».

Можно ли сказать, что хоккей это стиль жизни для всей вашей семьи?

Однозначно. Это правда на все 100%. Вся семья живет хоккеем. 

Можете рассказать, кто и как в семье связан с хоккеем, включая вас?

Я сам с 4-х лет в хоккее, хотя именно на профессиональный уровень попал только в 9 лет. Моя карьера продлилась не так долго, как хотелось бы. Я закончил играть в хоккей из-за травм, у меня был перелом ключицы, грыжи в спине. Все это, конечно, появилось из-за хоккея, потому что там большие нагрузки. В связи с этим мне пришлось закончить свой профессиональный путь, и я начал играть в студенческой лиге и в РТХЛ за нашу команду Hockey Go School. Мои братья также занимаются хоккеем. Средний брат сейчас играет в МХЛ в команде «Тайфун». Он достаточно неплохо себя там показывает, даже является одним из лидеров команды. Младший же брат только подходит к выпуску из спортивной школы, он будет выпускаться в этом году. Через несколько месяцев он уже будет полностью свободен, и уже сам будет решать, в какую команду молодежной хоккейной лиги ему идти.  Наш отец также всего себя отдает хоккею. Всё началось с того, что он отдал играть меня, так как я самый старший, и с того момента он не пропускал ни одной тренировки, причём не только моей, но и братьев. Он всегда с нами. Сейчас, повзрослев, я смотрю на это другими глазами и удивляюсь, как можно было успевать и работать, и посещать все игры и тренировки трёх сыновей. Другие отцы, как показывает практика, не отдаются так хоккею и не так близки к своим детям. Поэтому мы его очень ценим, любим и уважаем.

В РТХЛ Вы играете с братом в команде, которую возглавляет ваш отец. Не успеваете надоесть друг другу, так как проводите время и на льду, и за его пределами? 

Да не, это, может, и имело место быть, но только когда мы жили вместе. Сейчас я живу уже отдельно, поэтому я наоборот рад тому, что нас связывает что-то общее. Мы всегда можем приехать и встретиться на хоккее. Я точно знаю, что в определенный день встречусь сразу и с братом, и с отцом, и мы все будем заниматься общим делом.  Это очень круто.

Вы сейчас играете за команды Hockey Go School и ХК Москва, более того, Вы являетесь играющим тренером. Это интересный опыт. Расскажите, в чем отличия между вашей ролью во время матча и ролью тренеров Владислава Тютюнникова и Даниила Лунева?

Я вижу игру с обеих сторон. Во-первых, я вижу игру как игрок, я понимаю, насколько тяжело игрокам в некоторых моментах, потому что мне самому в этих моментах тяжело, а во-вторых, я отучился в физкультурном университете, закончил его с красным дипломом, то есть знаю с теоретической точки зрения всю подноготную хоккея. Сейчас я совмещаю две этих роли. Обычно я приезжаю после смены на лавку, анализирую, что не так, подсказываю партнерам, как лучше сыграть в том или ином моменте.

Игроки к Вам так же прислушиваются, как и к другим тренерам, или же больше принимают вас за «своего» и где-то держат с вами более короткую дистанцию в общении?

Нет, ребята понимают, что я тренер. На тренировках, когда они бывают, я выхожу именно как тренер. Во время матча я выхожу как игрок, но всё равно, все знают, что я играющий тренер. Тем не менее, одному было бы сложно, но в команде же есть Даниил с моим отцом Владиславом, которые меня всегда подстрахуют. Три головы лучше, чем одна!

Отличается ли Ваша тактика игры от тех, что предлагают папа и Даниил?

У нас нет разделения. Каждое мнение учитывается. Что-то общее всегда удается найти, никто на себя не тянет «оделяло». Начинается игра, и мы уже по её ходу смотрим, как действовать. Я делюсь впечатлениями со льда, тренеры видят игру «сверху», мы все наши мнения собираем в кучу и подбираем тактику на игру.

Часто ли приходится менять тактику непосредственно во время матча или обычно всё идет так, как и планировалось заранее?

Обычно, если тактика выбрана была неверно, и команда начинает проигрывать, то тактику менять не лучший вариант. Нужно оставаться при своем. Это не значит, что ты должен сразу за пять минут забить десять голов. Тактика может сработать на перспективу. Ты можешь проиграть первую половину матча, играя по первоначальному плану, а вторую половину матча, или весь матч целиком, ты выиграешь. Поэтому мы стараемся не отходить от своих мыслей на игру.

Учитесь ли Вы чему-то у отца в вопросе тренерской работы или же скорее он чему-то учится у Вас?

Отец зачастую говорит правильные вещи, но бывает, что я с ним спорю в каких-то моментах и не соглашаюсь с какими-то его решениями. А кто кого слушает, пожалуй, очень трудно сказать. Скорее всего, никто никого не слушает (смеется). Он иногда не может принимать мое мнение, даже скорее не хочет этого делать, просто потому что он отец. Это нормально. Но в то же время он понимает, что в каких-то моментах я больше разбираюсь, так как я все-таки отучился и прошел всю эту хоккейную жизнь изнутри, однако он слабину все равно не дает.

Я знаю, что за пределами РТХЛ вы являетесь уже не играющим, а «традиционным» тренером. Вы главный тренер в своей собственной хоккейной школе Hockey Go School. Расскажите немного об этом проекте?

У меня давно были мысли создать что-то свое. Ещё на втором курсе университета мы с другом, с которым раньше хорошо общались, решили открыть хоккейную школу. Не именно эту, а просто что-то подобное, где игроки могли бы дополнительно тренироваться. Но тогда мы были молоды и неопытны, ещё не знали, как это реализовать. Потом я устроился на работу в Академию «Спартак», где до сих пор еще работаю. Опыт и навыки, которые я приобрел на этой работе, помогают мне в ведении собственного бизнеса. На территории этой же Академии я открыл свою собственную школу хоккея Hockey Go School. Сначала я был один, тренировал 2-3 ребят, а дальше пошло-поехало. Сейчас у нас в неделю уже 4 тренировочных дня. Мы проводим тренировки, как на льду, так и на земле. У нас работает сейчас три тренера на льду и от 12 до 15 учеников.  Я считаю, что мы сумели сделать огромную работу за такой короткий срок. Хотя открылись мы только в конце лета, а школа уже показывает хорошие результаты. Вообще, у нас только в названии стоит слово «школа», а по факту, мы просто предоставляем дополнительные тренировки на катание, на технику владения шайбой, на броски. У нас нет разделения команд по годам рождения. У нас просто деление идет на три группы: профессионалы (кто уже умеет играть в хоккей, но хочет дополнительно что-то отработать), дети начинающие и взрослые начинающие. Именно поэтому у нас на льду три тренера, каждый занят своей группой. Мы ещё отличаемся от государственных школ тем, что у нас повышенное внимание к ученикам. В спортивных школах на 40 человек приходится 2 тренера всего. Дети катаются сами по себе, балуются. Нет такой возможности у тренеров уделить каждому достаточно своего внимания и времени. В наших же группах максимум до 7 человек тренируются. Это очень комфортные группы, где тренер успевает каждому помочь, подсказать, и успевает за всеми следить.

Насколько тяжело быть одновременно и тренером, и директором? Какая роль для Вас стоит в приоритете?

Сейчас я уже организовал работу таким образом, что в основном я занимаюсь именно развитием, привлечением клиентов и управлением. Но иногда, когда тренеры болеют, или происходят какие-то форс-мажоры, приходится самому тренировать, заменяя их. Вообще, когда всё только начиналось, люди шли именно на меня, они шли на мои тренировки. Но со временем получилось как-то переключить их на других тренеров. Я объяснял коллегам всё, что делал сам, говорил, как нужно проводить для моих клиентов тренировки. Надо сказать, что со временем тренеры всё же завоевали доверие наших обучающихся. Так что, кто со мной был с самого начала, так сейчас и занимаются у нас. Я, бывает, всё равно периодически тренирую, но уже более крупных клиентов, которые хотят именно ко мне, я тогда уже объявляю свою стоимость занятия, если они на неё готовы, то я, конечно же, выхожу их тренировать. Также я работаю тренером ещё для двух команд, но уже вне нашей системы, которые пригласили меня к себе быть тренером. Так что даже с учётом моей должности управленца, на лёд я выхожу около 6-7 раз в неделю и тренирую. А так, да, какие-то тренировки уже проходят без меня, я просто приезжаю контролировать процесс. Чтобы мой проект развивался. Ещё, когда будет больше времени и возможностей, я хочу поехать за границу,  чтобы изучить их методики и техники, а потом, возможно, что-то реализовать у нас. 

В какой момент жизни вы поняли, что действительно хотите быть тренером, а не уйти исключительно в менеджмент, к примеру, как это делают многие игроки, завершившие карьеру?

Я, если честно, тоже сначала не хотел быть тренером. Никто из моих близких не даст мне соврать. На 4 курсе, когда я выпускался из университета, я сказал, что никогда не буду тренировать, мне не нравится это делать. Однако проходит время, ты начинаешь размышлять, в каком направлении следует развиваться по жизни. Когда я об этом задумался, то понял, что я давно в сфере хоккея, я всё знаю о внутренней кухне. В этот момент я решил, что у меня могло бы получиться с таким опытом и такими знаниями стать неплохим тренером. Так я к этому и пришел. Моя тренерская деятельность началась со времен студенческой команды «Тимирязевские зубры».  Там я как раз впервые попробовал себя в роли играющего тренера. Это было связано с тем, что у нас ушел тренер, и команда начала разваливаться, мы шли на последнем месте. И в этот момент я вспомнил, что у меня есть диплом, что я что-то знаю и могу тренировать, и я взялся за эту команду. На каждом матче я и на льду был, и в то же время являлся тренером. Вообще, нас было двое. Я был в тандеме с представителем университета, который и организовал эту команду. Мы с ним разделяли обязанности. Он отвечал за дисциплину в команде, за набор игроков, а я уже отвечал за саму игру, за состав. В том сезоне мы смогли с последнего места вырваться на третье, завершили этот год с медалями. Я даже был номинировал на лучшего тренера года по версии студенческой лиги и, по-моему, я даже стал им. А сейчас уже получается так, что у меня работают три тренера и уже я плачу им деньги. Почему бы этим не гордиться и не радоваться этому? Всё круто! Когда я ещё думал над созданием своего проекта, меня мотивировало то, что многие выпускники нашего университета и факультета создали свои школы хоккея. Я находил их в социальных сетях, видел, что они очень круто развиваются, я думал, что они стали очень крупными рыбами в этом бизнесе, и мне туда никак не прорваться. Но потом я воспользовался возможностью, которая мне выпала, и теперь уже все знают обо мне.

Вы сказали,  что у Вас красный диплом по специальности хоккейный тренер. Помогают ли университетские знания в работе или же Вы опираетесь больше на свой практический опыт?

Конечно, практический опыт больше помогает. Университет не дает стопроцентных знаний. Люди, которые сейчас меня пригласили быть их тренером, довольны моей работой, но смотрели они не на диплом, а на то, как я веду тренировки. Я провел для них буквально одно занятие, после которой они приняли окончательное решение взять меня. Им нравятся все мои тренерские решения, а я в свою очередь понимаю, как нужно вести тренировку, что нужно говорить, где нужно менять интонацию, где нужно клюшкой постучать, где нужно подъехать, подбодрить, где нужно всех заставить отжиматься и так далее. Им нравится, когда они приходят на лёд, а какой-то молодой парень заставляет их отжиматься. Это может показаться странным, но они понимают, что я тренер и относятся ко мне с уважением. Причём все мы видим прогресс после этих тренировок.

Вы достаточно молодой тренер. Помогает ли вам это свободнее общаться с Вашими учениками на одном языке и применять современные методы работы, а не те, которые были актуальны ещё 10 или 20 лет назад, к примеру?

Да, это точно помогает, потому что тренеры в возрасте уже уставшие, они за свою жизнь провели столько тренировок, что им уже всё это надоедает. Они просто выходят на лёд, стоя объясняют упражнение и просто следят за его выполнением. У меня же другие методы. Я сам показываю, во-первых, это упражнение, как оно выполняется, во-вторых, я ещё и объясняю, чем оно полезно и зачем его нужно делать. Это здорово, что сейчас больше идёт спрос на молодых тренеров, потому что они более эмоциональны, экспрессивны,  от них чувствуется энергия. В моей школе, например, некоторые тренировки проводятся в 6:45 утра. Люди в пять утра просыпаются, чтобы к этому времени приехать на занятие. Конечно, все сонные катаются сначала, но если они так будут всю тренировку сонными, то никакую пользу они не получат. Соответственно, перед нами стоит задача разбудить их, взбодрить, и мы с удовольствием это делаем. Мы видим, что дети прибавляют, а родители потом подходят к нам и говорят: «Спасибо вам большое. Мой ребенок сейчас прибавил. Его подняли в другое звено. Он теперь играет во второй или первой тройке». Так что молодые тренеры топ! Сейчас в них нужда больше, чем в возрастных. Хотя у меня был один случай, когда одна команда рассматривала меня на должность тренера, но до просмотра дело не дошло. Сейчас я узнал, что их тренирует дядечка лет за 50. Я видел несколько их тренировок, но сразу могу сказать, что люди не прибавят от таких упражнений. Но мы уже туда не лезем. Это только их дело.

Что самое ценное для Вас как для детского тренера?

Это со временем можно только понять. Есть родители, которые не посещают тренировки, он видели  своего ребенка на начальном уровне и спустя месяц, к примеру, снова приходят на тренировку и уже смотрят с удивлением и восторгом, как их ребенок быстрее бежать начал, техничнее стал кататься.  Чувство выполнения тренерской задачи появляется тогда, когда заканчивается тренировка, все уходят с улыбками, радостные, довольные этой атмосферой, царящей на занятии. Именно в эти моменты  я радуюсь, потому что понимаю, что смог принести людям удовольствие. Для меня это дорогого стоит.

В Вашем подчинении также есть и теннисная школа. Как пришла идея открыть и ее?

Теннис это мое хобби и любимое занятие, помимо хоккея. Местами теннис я даже обожаю больше, чем хоккей. Я, конечно, не могу жалеть, что меня отвели на хоккей в детстве, а не на теннис. Теннис является достаточно дорогим видом спорта. Меня туда и не отдали бы. Но я думаю, что, если бы я играл в большой теннис, я бы достиг большего успеха, чем в хоккее. Мне кажется, что во мне есть какой-то талант. Я чувствую мяч, чувствую, как нужно правильно ударить, не зная техники. Даже тренеры, которых я сейчас привлекаю к работе у себя, говорят, что для меня, как для самоучки, тот уровень, что я показываю, очень хорош.

Как Вы убеждаетесь в профессионализме тренеров по другим видам спорта, если на 100% вы разбираетесь только в хоккее, зная, что нужно ожидать от кандидатов?

Так как я сам тренер по хоккею, я понимаю, что нужно людям. В теннисе то же самое. Я знаю, что люди хотят получить от занятий. Я вижу клиента со стороны, я понимаю, что ему нужно. Даже в теннисе мне помогает разобраться опыт хоккея. Я призываю своих тренеров по теннису вести свои тренировки также, как я веду свои хоккейные, чтобы занимающиеся получали удовольствие. Я стараюсь им объяснить, как нужно говорить с людьми, что нужно стоять лицом к клиенту. Опыт работы в коммерческом отделе мне очень помогает в этом. Отсюда я и знаю все тонкости общения с клиентами, как нужно продавать, какие слова нужно говорить, как строить и обслуживать клиентскую базу и так далее. Раньше в своих школах я тоже всем этим занимался сам, а теперь я понял, что нужно искать людей и переключать часть работы на них, потому что сложно в развивающимся проекте все делать самому. Крупный бизнес строится за счёт большой команды. В одиночку невозможно добиться успеха. Если я буду один, то у меня не будет развития, так же и с этим проектом, если компании нужны новые сотрудники, значит и компания растет.

Какие еще виды спорта Вы планируете развивать в сети «Go School»?

Еще планируем открыть секции по гимнастике, футболу, волейболу и фигурному катанию.

Не боитесь, что, открыв много секций по разным видам спорта, не сможете полноценно уделять всем время? Не лучше ли открыть не так много центров, но зато уделять большое внимание только им?

Я не один планирую это делать. В хоккее и теннисе, да, я один главный руководитель, им так и останусь. Оба вида спорта мне максимально близки, поэтому активнее всего я буду работать именно в них. В гимнастике, например, у меня немножко другая ситуация. Я предложил своей знакомой, которая является тренером по гимнастике, войти в этот проект. Она согласилась. И развитие секции гимнастики будет ложиться именно на неё. По сути, она не будет работать на меня, с моей стороны будет идти только название холдинга, общий логотип, пиар, а всё, что будет касаться непосредственно гимнастики, будет решать именно она, так как она знает все нюансы, все подводные камни и так далее. С другими видами спорта, я думаю, мы будем работать по этой же схеме. Будем создавать тандемы, из которых будет развиваться большая команда. 

Вернемся к разговору о команде в РТХЛ. Является ли команда Hockey Go School продолжением вашей школы? Можно ли назвать это уже некой вертикалью системы?

Вообще, мы планируем, чтобы это так и работало. У нас уже есть хороший пример, когда ученик моей школы дебютировал в составе нашей команды в РТХЛ, это Дмитрий Маслов. Он ходил ко мне на тренировки, и я решил подключить его непосредственно уже к играм. Он сам любитель, ему около сорока лет, а занимается он просто для себя. Видно, что у него есть желание играть, он старается, работает. Теперь он играет с нами в команде Hockey Go School. Так что, я считаю, что школу и команду уже можно назвать вертикалью.

РТХЛ любительская лига, это значит, что днем можно погрузиться в работу,  а вечером посвящать себя хоккею. Всегда ли удается совмещать всё это игрокам, бывают ли проблемы со сбором состава на матчи?

На самом деле, это проблема. Причём больше это проблема не для игроков, а для тренеров. Сбором команды занимается мой отец, он говорит мне, насколько это все тяжело. Я его хорошо понимаю, потому что я сам сталкивался с этим, когда только начинал тренировать. Ты, грубо говоря, подписался, что берешь лёд, оплачиваешь аренду льда, оплачиваешь работу тренеров, а у тебя игроки «отваливаются». Кто-то куда-то уехал, например. И ты понимаешь, что твоя работа ставится под угрозу. Так что в нашей команде тоже возникают сложности с этим. Мне, если честно, тоже  не всегда удается присутствовать на всех играх. В большинстве случаев, я играю только по понедельникам пока что. В другие дни, причём в это же время, когда играет наша команда, у меня ещё проходят тренировки у команд, где я работаю тренером. Я могу, конечно, пропустить пару тренировок, если игры у нас крайне важные, но это не совсем правильно. По команде в РТХЛ надо сказать, конечно, большое спасибо папе и Данилу Луневу, они с лигой общаются, собирают людей, от меня в этой команде, по факту, только название, ну и приезжаю иногда играть еще.

У вас и прямая работа, и свободное время все равно сводится к хоккею. Не думали попробовать себя еще в какой-нибудь сфере деятельности?

Я обязательно буду пробовать что-то новое для себя, просто позже, когда появится больше времени на это. В любом случае, я не буду останавливаться на достигнутом и буду развиваться дальше.

Насколько я знаю, вы снимались в сериале «Молодёжка». Что для вас сложнее: быть хоккеистом или играть хоккеиста? 

Играть хоккеиста, конечно, сложнее. Актеры-то сами не хоккеисты, им рассказывали, что нужно делать. Я играл в двух сезонах. В первом сезоне для сериала нужен был просто хоккеист, который был бы дублером актера. Когда снимали лицо хоккеиста, то в кадре был актер, а когда снимали со спины, например, броски, голы, силовые приемы, тогда играл я. Я дублировал Ваню Мулина, который играл хоккеиста Антона Антипова. Во втором сезоне меня заметили и начали использовать больше. Мне дали роль капитана команды соперника. Мне даже предлагали слова, но я отказался из-за того, что забоялся, что все на меня будут смотреть и ругаться, что я делаю что-то не так. Наверное, если сейчас уже подумать, то это было ошибкой, отказаться тогда от слов. Но я рад, что мне довелось получить такой опыт. Во-первых, это принесло много полезных знакомств, во-вторых, круто вообще присутствовать на съемках, там постоянно происходит что-то интересное. Ты не можешь находиться на площадке грустным. Там снимаются большие профессионалы, настоящие звезды кино, Денис Никифоров, например, играющий в «Молодёжке» главного тренера. Когда ты видишь, как он серьезно играет свою роль, а сразу после того, как камера выключается, он может тут же пошутить, посмеяться, он становится сразу же другим человеком, но когда снова начинается съемка, он мгновенно входит снова в образ. За этим даже наблюдать просто очень занимательно. 

Были ли  после этого проекта мысли продолжать двигаться в этом направлении?

Нет. Я просто попробовал себя в этом, посмотрел на съемочный процесс, поговорил с актерами. Я понимаю, насколько это сложно. У них вроде бы и свободный график, но в то же время, они зависимы от команд съемочной группы. Им говорят приехать тогда-то туда-то, они обязаны это сделать. Они очень зависимы от кино. Я думал над этим, и понял, что не хотел бы для себя такой жизни.

Какие цели Вы ставите перед собой на ближайшие годы?

Я хочу, чтобы проект «Go School» дорос до такого уровня, чтобы мы имели 6-7 видов спорта, и чтобы у каждого вида спорта было несколько локаций по Москве. Я ставлю перед собой одну главную цель создать такой абонемент, по которому бы клиент смог пойти на любое занятие по этим видам спорта в любом нашем филиале. Этим я хочу захватить весь спорт Москвы! Если же говорить о тренерских целях, то для мня важно собрать боевую команду, чтобы можно было составлять конкуренцию хоккейным гигантам. Также хочу продвигать молодежный спорт, давать возможность младшим ребятам себя проявлять и набираться опыта с профессионалами хоккея. Я должен показать своё мастерство на высоком уровне и доказать себе, что я, прежде всего ценный игрок, умеющий играть в хоккей, и поэтому достоин обучать своих учеников данному виду спорта.

Автор Лилия Артюхина
Редактор: Ольга Шарова
Фото из личного архива Андрея Тютюнникова

[Всего: 0   Средний:  0/5]
0