Центральный нападающий МХК «Спартак» рассказал о вылете из плей — офф, первом серьезном предложении от команды из ВХЛ и о том, чем занимаются игроки «красно-белых» по вечерам.

— Твой отец – вратарь (прим. Денис Юрьевич Кузьменко — серебряный призер МЧМ-1995), почему ты выбрал нападение?

— Я хотел встать на ворота, но отец сразу сказал, что это не мое, как потом выяснилось и правда — растяжки не было, я был «деревянный», а брат с детства хорошо тянулся, поэтому папа его поставил в ворота и сейчас сам тренирует. Я был «бревно», а брат — «жвачка».

— В детстве ты воспринимал хоккей, как хобби или же это было осознанно выбранное будущее?

— Я сразу знал, что этот спорт будет моим образом жизни. С папой ездил по всем городам, видел все изнутри, был в раздевалках взрослых команд. Хоккей был для меня всем, да и нравился он мне с самого детства.

— Ты учился в самой обычной школе, как удавалось совмещать с тренировками и поддерживать хорошую успеваемость?

— У меня была хорошая классная руководительница. Она мне очень помогала, договаривалась с другими учителями. Меня ждали после уроков, когда я ехал с тренировки, разрешали приезжать до занятий, отпускали постоянно.

— Ты стал играть в Мытищах, легко ли было уехать из дома?

— Переезд был несложный – я очень хорошо знал всех ребят. Нас заселили в отдельную гостиницу, сформировали под нас класс. Иногда даже одни девочки оставались на уроках, потому что мы были в разъездах.

— В какую команду мечтал попасть, когда был маленьким?

— Хотел в «Детройт», потому что Паша Дацюк нравится, в приставке часто за него играл. В детстве особо не следил за КХЛ. Я больше НХЛ любил, даже журналы собирал. Сейчас нравится, как Кучеров играет.

— За кого болеешь сейчас и, как ты думаешь, кто возьмет Кубок Стэнли в этом сезоне?

— «Тампа-Бэй» и «Тампа-Бэй». У них очень хорошая команда в этом году. Последние несколько лет, когда «Детройт» не попадал в плей — офф, я за «Тампу» болел, смотрел ночами с «Питтсбургом» серию, переживал сильно. И в этом году точно буду смотреть, летом особенно.

-Ты еще с «Атланта» знаком с Мишей Булимовым, помогло ли это тебе при переходе в «Спартак»?

— Я считаю, что да. Я пришел в «Спартак» и уже знал его, он подсказывал много. В «Атланте» Миша играл на год старше. У нас с ними иногда товарищеские встречи проводили, когда они выигрывали. И даже сейчас мы хорошо общаемся.

— Тяжело ли было попасть в молодежный «Спартак»?

— Нетрудно. Нас с Лешей Овсянниковым, он сейчас уже закончил с хоккеем, подключали на товарищеские игры. Даже в первой смене я ему отдал, а он забил. Я как-то поехал за свой год играть, но сломал руку, а Леша продолжил. Я восстановился, вернулся обратно. Нас шестерых тогда «защитили» под систему «Спартака»: меня, Диму Звягинцева, Мишу Шалагина, Лешу Овсянникова, Акима Тришина и Григория Колупаева. Не было смысла никуда уходить, да и предложений не было в то время никаких.

— Но был вариант уйти в прошлом году?

— Приглашали в казанский «Барс», им нужны были молодые игроки, центральные. Меня даже ждали там, приезжали сюда – смотрели игры, но меня не отпустили. У меня был контракт подписан со «Спартаком» на три года, не мог его расторгнуть. Они предлагали обмен, но Тюриков (прим. Владимир Вячеславович Тюриков – главный тренер МХК «Спартак») категорически отказывался, говорил, что я ему нужен. Я готов был уехать, просил отпустить. Даже в конце сезона говорил, что ухожу, меня спрашивали, что мне не нравится, разговаривали со мной. Но мне же предложили поехать в «вышку» играть, хотел попробовать. Не знаю, сложилось бы или нет, но я настаивал. Потом уже стало все равно.

— В этом сезоне активно смотрели игроков «молодежки» в первой команде, поднимали ребят 2000-го года, ты же провел там совсем немного времени?

— Да, я провел две тренировки, но не играл. Когда была пауза в МХЛ у нас был один день отдыха и нам с Егором Кравченко написал администратор, что мы должны быть на следующий день на тренировке. Мы два дня покатались, и Егор остался там, а меня спустили обратно. Конечно, было обидно, но не на кого обижаться? Это жизнь – кого-то туда, кого-то сюда. Надо работать, доказывать, если не взяли, значит, ты слабее на данный момент. Кого-то поднимают – они сидят. Например, когда меня в «вышку» отправляли сидеть — мне не нравилось.

— Как тебе воскресенский «Химик»?

— Здесь (прим. на момент разговора Егор находился в расположении «Химика») очень приятный коллектив. Тренер собрал очень хорошую команду, которая, на мой взгляд, прекрасно играет в обороне, но в атаке пока не хватает, что и показал плей — офф, да и сезон.

— В это сезоне ты забросил шесть голов за «молодежку» «красно-белых» и сделал двадцать семь передач. Почему много отдаешь, но мало забиваешь?

— Мне Владимир Вячеславович на протяжении трех лет про это говорит. Мне нравится отдавать пасы, люблю на партнеров играть, да и забивать тоже хорошо. Согласен, что бывали моменты, когда передерживал шайбу, искал кого-то, хотя можно было просто попытаться забить.

— Но ни одного очка в плей-офф.

— Подвел, я считаю. Все старались, но в плей — офф ключевые третьи и четвертые звенья, они и показали результат, а первые два ничего не смогли сделать. Мне кажется, что у нас первое и второе «провалились».

— Была ли у тебя личная цель по результативности на сезон?

— У меня не было такого, просто выходил и играл. Нельзя на своих амбициях строить игру в командном виде спорта. Папа еще в детстве приучил к тому, чтобы не задумываться об очках.

— Была ли мысль, что можете не попасть в плей — офф?

— У меня не было – я знал, что мы попадем, и все будет нормально. Да, был спад, но выходили и бились всей командой. Конечно, сейчас уже появляются мысли, что надо было выходить на «СКА — 1946» — было бы немного проще для нас. Но задачи выбирать не было.

— Что сказал Владимир Вячеславович в раздевалке после третьего поражения от «Динамо» в плей — офф?

— Поблагодарил всех за сезон, за то, что бились, старались, не опускали руки даже при 0:2. Сказал, что жизнь на этом не заканчивается, поблагодарил ребят 98-го года за помощь. Все бывает. У всех еще будет много плей — офф и побед.

— Думал ли, что получится пройти «Динамо»?

— Если честно – очень хотелось, но не был уверен, что пройдем, но и не думал, что счет в серии 3:0 будет. Было бы несправедливо, если бы мы три победы одержали, да и три их победы не совсем справедливы. Думал, что будет борьба. Много факторов повлияло: отравились перед первой игрой, были потери из-за травм, закончили сезон плотно, а через несколько дней уже плей — офф, где-то усталость сказалась.

— Ты провел три сезона в команде. Было какое-то принципиальное отличие этого сезона от предыдущих?

— Первые два года мы шли на первых местах, у нас даже когда-то было девятнадцать побед в домашних играх. Все было спокойно – всегда заранее проходили в следующий этап. А в этом сезоне бились почти до самой последней игры.

— Что занимает большую часть твоей жизни помимо хоккея?

— Семья.

— Но ты прожил большую часть сезона в гостинице?

— Да, уезжал на несколько игр в «Химик» только.

— Удобно жить в гостинице? Или дома лучше?

— В гостинице попроще, никто не давит. Дома мама что-нибудь делать заставляет. В конце сезона приеду домой, в Электросталь, буду кататься с каким-нибудь годом – тренеров много знакомых. Обычно хожу к Чеботареву Никите Юрьевичу и Нечаеву Александру Макаровичу, этим летом тоже буду с ними к сезону готовиться. Они всегда рады, если прихожу. Делать-то особо нечего: с утра покатаюсь, вечером погуляю.

— Родители на игры приезжают?

— Да, но не на все, если время есть. Бабушка очень настойчиво смотреть и за мной, и за братом стала. Брат пока в Электростали играет, его папа тренирует.

— Почему семья не переехала в Москву, когда ты начал играть здесь?

— Брата надо водить в школу, тренируется он там же. Я в Москву ездил с Сашей Авксентьевым, сдружились, каждый день виделись. Да и я был достаточно самостоятельным, не было смысла со мной уезжать.

— Чем занимаешь себя вечером после игры?

— Я пересматриваю игру, все свои смены. Смотрю, что не так сделал. Часто с ребятами в покер играем. Собираемся с Димой Звягинцевым, Ваней Клепко, Мишей Булимовым – кто умеет. Клепко хорошо играет. Обычно играем, когда вся команда заселяется. Помимо тех, кто тут живет, иногда Кирилл Тагиров заходит, Андрей Легалин. Мы даже как-то Владимиру Вячеславовичу заносили в одиннадцать  часов покер, будто мы после отбоя не играем. Но он понял эту схему (смеется).

— Насколько серьезно у вас следят за режимом?

— Обычно в одиннадцать  вечера отбой – по номерам не ходить, за нарушения штрафуют.

— Опаздывал когда-нибудь на игру или тренировку?

— На тренировку иногда. Мог проспать немного, но на игру ни разу. Будильники обычно хорошо слышу, встаю вовремя. Могу минут на 10 опоздать, если поздно вышел.

— Впереди лето, отпуск. Есть уже какие-нибудь планы?

— Еще не знаю, честно, даже не думал. В том году не летал никуда – решил с семьей остаться. Съездили на дачу к друзьям. Но я катался все лето, даже отдыхать не хотелось. Так вообще хочу в Доминикану, США и Канаду. Не был там ни разу, хотя должен был поехать с юниорской сборной, но «сломался» — травма плеча.

— Какие впечатления остались от сборной?

— Мне очень понравилось, с радостью бы еще съездил, если бы была возможность. В 2022-м году во взрослой на Олимпиаду поеду (смеется).

— Твоя самая большая хоккейная мечта?

— Если выбирать между НХЛ и Олимпиадой, то НХЛ, я бы очень хотел попробовать там свои силы. Если не получится, то ничего страшного. Но вообще, неплохо бы и олимпийское золото выиграть.

Автор: Анна Лобова
Фото: Даниэль Кутепов, МХК «Спартак», ХК «Химик», личный архив Егора Кузьменко