Занятие любимым делом может привести к достижению любых вершин. История канадского нападающего хоккейного клуба Авангард, Роба Клинкхаммера, о том, как он, играя в хоккей ради удовольствия, дорос до уровня НХЛ и национальной сборной, в составе которой представлял свою страну на Олимпийских Играх.

Детство в Канаде

– Для начала, расскажи о своем детстве, как ты начал заниматься хоккеем?
– Я вырос в маленьком городе Летбридж, в Канаде. Я всегда наблюдал за тем, как играл мой отец, хотя он никогда не занимался хоккеем профессионально. Он обычно играл со своими друзьями, а мне просто нравилось находиться вместе с ними на площадке. Мы с соседями также часто играли в уличный хоккей, так что как-то так все и началось.

– Когда ты понял, что хоккей – это то, чему ты посвятишь свою жизнь?
– Наверное, когда мне было около 25 лет или около того. До этого возраста я вообще не думал, что буду играть в хоккей профессионально. Когда я играл в АХЛ, я еще думал, что может стоит пойти учиться или заняться чем-то подобным, но лига стала развиваться все больше и больше, и я стал чувствовать себя более комфортно и уверенно, но, тем не менее, я не думал, что буду играть профессионально, и уж тем более в НХЛ, на протяжении довольно долгого времени. Когда я был маленьким, я даже и не мечтал об этом. Мне нравилось заниматься хоккеем, я играл не для того, чтобы однажды попасть в НХЛ, а просто потому, что это было весело.

– Хоккей в Канаде – это почти религия. Мальчику в Канаде уже буквально предопределено заниматься хоккеем?
– Я никогда не чувствовал на себе никакого давления. В детстве было 2-3 тренировки и пара матчей в неделю, мне просто нравилось заниматься, находиться на арене, играть матчи, соревноваться, так что как-то так все и началось. Обычно по пятницам школа заканчивалась до обеда, и тогда до вечера мы с моими друзьями, которые жили по соседству, играли в уличный хоккей, а потом, вечером той же пятницы, мы еще играли на льду.

– То есть изначально хоккей для тебя выполнял функцию социализации, нежели профессионального спортивного развития?
– Конечно. Именно так я познакомился с большей частью своих друзей. В этой среде мне всегда было комфортнее всего находиться – в раздевалке, на льду со своими друзьями. Меня никто не заставлял заниматься хоккеем: моя мама, например, вообще спортом не интересуется. Отец тоже никогда не настаивал. Конечно, ему нравится, что я играю, он много меня тренировал, когда я был маленьким. Он просто учил меня трудолюбию, у нас не было конкретной цели – попасть в НХЛ. Я просто получал от этого удовольствие и старался выкладываться каждый день.

АХЛ и НХЛ

– Если сравнивать АХЛ и НХЛ, насколько сильно отличаются эти две лиги?
– Они абсолютно разные. АХЛ даже близко не похожа на НХЛ. НХЛ – это лучшая лига в мире на данный момент. В АХЛ очень много молодых ребят, которые только закончили играть в молодежке, все только начинают заниматься профессиональным хоккеем, учатся, откуда лучше бросать, как правильно обороняться, и всему остальному. В этой лиге молодые ребята делают ошибки и учатся на них. В то время как в НХЛ, если ты беспрестанно продолжаешь делать ошибки, то просто не задержишься там надолго.

– Правда ли то, что хоккей в АХЛ несколько грубее и жестче, чем в НХЛ? Как ты думаешь, почему?
– Я не знаю, как сейчас, но раньше, наверное, да. Там игроки делают, что им говорят: будь то слабые или сильные силовые приемы, драки или что-либо, чтобы кто-то их заметил. В НХЛ же все больше сконцентрированы на самой игре и на том, чтобы сделать все возможное, чтобы помочь своей команде выиграть.

– С какой сложностью ты в первую очередь сталкиваешься, когда приходишь из АХЛ в НХЛ?
– Оставаться последовательным перед каждым матчем. Нужно выкладываться на полную, на все сто процентов. Если выкладываешься на девяносто восемь или девяносто девять, обычно этого недостаточно. По крайней мере в моем случае. Я недостаточно хорошо себя проявил, нужно было выкладываться на все сто. Также достаточно сложно играть 82 матчей со всеми разъездами и перелетами — это очень выматывает. В АХЛ можно играть и на среднем уровне, в то время как в НХЛ, если ты играешь так себе, то бы окажешься самым слабым звеном на льду.

Sergei Belski/USA TODAY Sports

– Расскажи о своем опыте НХЛ в целом, какие воспоминания у тебя остались?
– Это было потрясающе, но в то же время, я постоянно ощущал давление, было очень много стресса, просто потому, что нужно было постараться там закрепиться. У меня осталось очень много хороших воспоминаний: соревнование с лучшими игроками мира, все эти поездки, шикарные гостиницы, потрясающие города, замечательные люди, с которыми я познакомился. Но в то же время, была и бессонница, когда проигрываешь несколько игр подряд и начинаешь переживать за свою работу, что кто-то другой займет твое место – это все идет рука об руку. Но, несомненно, это был потрясающий опыт.

– Помнишь, когда тебя впервые вызвали в НХЛ? Как это было?
– В тот момент я был дома, собирался поехать в аэропорт, чтобы встретить своих родителей. Они тогда прилетели ко мне в Рокфорд. И вдруг, мне сразу же нужно было улетать в Чикаго. Я был на пути в аэропорт, так что пришлось разворачиваться, ехать обратно домой за вещами, а потом за родителями. Сказал им об этом уже в аэропорту, они, конечно, очень удивились. Когда вызывают в НХЛ, проверяется весь год твоей работы за одну игру. Ты работаешь всю свою жизнь, чтобы достичь этого, и вот твоя мечта становится реальностью.

– А первый гол?
– Да, это было в Финикс Койотис. Меня вызвали в первую команду за ночь до этого, так что всю ночь я провел в дороге. Я тогда играл в Портленде, там была сильная снежная буря, поэтому мой вылет задержали на пять или шесть часов, так что в Финиксе я оказался не раньше пяти часов утра. Поспал часа три, потом нужно уже было быть на утренней тренировке, после нее поспал еще три часа, а потом вышел и забил свой первый гол в НХЛ (смеется). Безумно, конечно, как все получилось. Я до сих пор в точности помню, где я был на площадке, и кто тогда отдал мне передачу.

Raleigh News & Observer/Getty Images– В чем заключается самая лучшая и самая худшая сторона карьеры игрока НХЛ?
– Лучшее – это просто быть там, наверное. То, как к тебе относятся, профессионализм. Ты получаешь лучшее во всем, будь то еда, перелеты или тренировочное оборудование. А худшее, это то, о чем я уже говорил – стресс и давление, но ты не можешь быть на вершине чего-угодно без этого. Иногда это, конечно, тяжело, но это то, с чем нужно справиться.

Переход в КХЛ

– И все-таки, как ты оказался в КХЛ? Тяжело ли было принять такое решение?
– Да, это было не просто. У меня тогда сыну было всего около года, так что было немного страшно переезжать на другой конец света, когда ребенок такой маленький. Все неизведанное обычно немного пугает людей, так что это было очень серьезное решение для меня и моей жены. Но мне казалось, что это был следующий шаг в моей карьере. В НХЛ для меня все подошло к концу, а обратно возвращаться в АХЛ и ждать, когда же меня снова поднимут в первую команду, я не хотел. Поэтому я решил, что пришло время идти дальше и попробовать что-то новое для себя.

– Какие у тебя были ожидания перед переездом?
– Разумеется, я слышал все эти ужасные истории, хотя тогда еще даже тех знаменитых подкастов не было (смеется). Об изнуряющих и долгих тренировках, о безумных водителях с видео на YouTube, снятых на видеорегистраторы (смеется). Никогда не знаешь, чего ожидать от неизведанного. Надеешься на лучшее, но готовишься к худшему. В конечном итоге все оказалось даже лучше, чем я ожидал. Конечно, иногда бывает непросто, да и иногда безумные водители встречаются, и все такое (смеется), но в этом нет ничего особенного, все просто занимаются своими делами. Самое удивительное для меня было то, насколько здесь вкусно! Я не мог поверить, насколько хорошая здесь еда!

– Какое твое самое любимое блюдо теперь?
– О, супы! Лучшие супы, которые я когда-либо пробовал! Всегда, когда мы идем куда-то кушать, я заказываю один или два, все надо мной смеются, но я их просто обожаю.

– Где-то в Торонто по супу скучает один Илья Михеев…
– Он тоже любит суп? Я его прекрасно понимаю!

– Возвращаясь к теме хоккея, когда ты все-таки принял решение играть в КХЛ, почему ты выбрал именно Минск?
– Я не помню, с какими еще клубами я тогда разговаривал, но в Минске был канадский тренер и еще несколько легионеров, у которых были белорусские паспорта, так что в общей сложности нас оказалось вроде бы восемь или девять человек из Северной Америки, это помогло сделать переход легче для меня.

– Помнишь свой первый день в Беларуси?
– Да, я заселился в гостиницу и решил выйти прогуляться, найти что-то покушать. Тогда я впервые в жизни столкнулся с тем, что ничего не понимаю. Так что первый день меня немного напугал, но потом становилось проще, да и я многому научился с тех пор.

– Чему именно ты научился?
– Много пользоваться Гугл Переводчиком (смеется). На самом деле, стал немного комфортнее себя чувствовать, если вдруг надо попросить помощи. Я знаю, как заказать некоторые блюда, но все равно стараюсь придерживаться тех мест, где есть меню на английском. В Москве с этим, конечно, попроще, тут много кто знает английский.

– Что для тебя в России кажется самым необычным?
– Сложно сказать. Каждый день встречаются какие-то необычные мелочи. Мы много времени проводим в дороге, так что да, дорожное движение просто сумасшедшее, поэтому я всегда езжу на такси: слишком много людей и машин.

– Было ли сложно адаптироваться к другой стране?
– Да, мне потребовалось долгое время. Я думаю, что языковой барьер – это самое сложное. В плане хоккея, после маленьких канадских площадок пришлось приспосабливаться к европейским.

– Как твоя семья чувствует себя в России?
– Им здесь нравится. Дети понимают, конечно, где они находятся – в России или в Канаде – но им все равно, они будут счастливы в любом случае, если смогут найти детскую площадку и игрушки. Моей жене здесь очень нравится, она легко подстроилась к новой культуре, думаю, она справляется с этим намного лучше, чем я. От этого безусловно легче, зная, что ей здесь комфортно и что она здесь счастлива. Это очень важно для меня.

– Отличается ли российский менталитет от того, к чему ты привык?
– Если на улице я спрошу кого-то говорят ли они по-английски, то мне всегда помогут. Если даже кто-то не говорит, то обязательно убедится, что мне сможет помочь кто-то другой. Партнеры по команде и их жены нам тоже всегда помогают. Я замечаю, что люди здесь всегда готовы прийти на помощь, всегда убедятся, что у тебя все хорошо. Это то качество, которое я очень уважаю.

Sport Media News, Алина Клинкова

– Бывает ли тяжело взаимодействовать с партнерами ко команде, когда они разговаривают не на твоем родном языке?
– О да (смеется). Иногда это немного разочаровывает, бывает, что хочется что-то сказать, но кто-то не понимает английский, а я не понимаю русский. Я, конечно, понимаю какие-то слова и указания, но иногда бывает непросто.

– Как развилась лига за все то время, что ты здесь играешь?
– Я думаю, что лига становится лучше и быстрее. Игра стала более атакующей. Помню, в мой первый год в КХЛ некоторые команды бросали по воротам 12-13 раз, и это было нормально. Я тогда, конечно, вообще не мог понять, что происходит (смеется). Так что я думаю, что лига в целом становится сильнее.

– С какими командами КХЛ тебе нравится играть больше всего?
– Мне нравится проводить большие игры против СКА, ЦСКА, «Ак Барса», Магнитогорска. Мне нравится эта энергия, давление и напряжение перед такими матчами.

Олимпиада

– Говоря об Олимпиаде, какого это, представлять свою страну? Как ты узнал, что будешь играть за сборную?
– Честно говоря, я никогда не думал, что это вообще возможно. Даже несмотря на то, что я и играл в НХЛ, Олимпийская сборная – это только для суперзвезд. Никогда не думал, что это мой вариант. Кажется 11 января, когда мы были в Риге, мне позвонили из сборной, сказали, что нам нужно поговорить, и что я попал в состав Олимпийской сборной. Я тогда, конечно, был в шоковом состоянии, чуть ли не до слез. Позвонил жене, семье, некоторым друзьям, рассказал им новости, и все начали покупать билеты Пхенчхан. Это просто невероятные ощущения, когда выпадает возможность представлять свою страну.

Bruce Bennett/Getty Images– Как ты относишься к тому, что игроки НХЛ не могут выступать на Олимпийских Играх? Думаешь, это правильно или нет?
– Я думаю, что игроки НХЛ должны участвовать. На Олимпиаде должны играть лучшие против лучших. Я понимаю, почему владельцы не хотят отпускать игроков – это стоит им больших денег и рисков, если кто-то травмируется. Но я думаю, что для болельщиков, и для хоккея в целом, это имеет смысл – все хотят увидеть Сидни Кросби и Коннора Макдэвида, Никиту Кучерова и других. Я думаю, так было бы лучше.

– Как думаешь, чего не хватило вашей сборной, чтобы пройти дальше в финал?
– Все было хорошо. Я очень рад выиграть бронзу. Хотелось бы, конечно, сыграть с Россией в финале. Возможно, в каком-то плане Германии где-то немного повезло в полуфинале, но факт остается фактом: они сыграли хорошо, а мы не очень. На Олимпиаде все зависит от одного матча, а в этом случае случиться может что-угодно. Я думаю, что, если бы мы играли с ними серию из семи матчей, мы бы никогда не проиграли.

– И все-таки, что для тебя было мечтой – играть в НХЛ или сыграть на Олимпиаде?
– Играть в НХЛ. Я никогда не был лучшим, я был хорошим игроком в маленьком городе, но не на национальном уровне. Я никогда не ставил перед собой цели  попасть в НХЛ, я всегда играл ради удовольствия. Мне просто нравилось этим заниматься, никогда не думал о том, что это станет моей карьерой, думал пойти учится или заняться чем-то еще. НХЛ всегда была мечтой, а Олимпиада – тем, о чем я даже и не мог подумать.

Leah Hennel/Postmedia

Кубок Гагарина в составе «Ак Барса»

– После Олимпиады ты продолжил путь к Кубку Гагарина в составе «Ак Барса». Какой был настрой перед финальной игрой против ЦСКА?
– В плей-офф всегда стараешься сохранять спокойствие, поэтому мы старались придерживаться плана и особо не думать об этом. Конечно, в тот день мы надеялись, что закончим серию и возьмем кубок. Несмотря на то, что мы вели в серии 3-1, все равно хотелось закончить и не дать сопернику шанса на камбэк. В день матча никто об этом не говорил вслух, но мы все думали об одном – хотелось выиграть дома.

Хоккейный клуб «Ак Барс»

– Что было у «Ак Барса», чего не было у ЦСКА, в том плей-офф?
– Для нас все очень хорошо складывалось, вся команда замечательно себя проявила, что должно и быть для того, чтобы выиграть. Защита очень здорово помогала, и вратарь сыграл просто потрясающе. Для того, чтобы победить всегда одинаковая формула – каждый должен выкладываться по максимуму. В этом нет никакого секрета – нужно хорошо играть и придерживаться своей системы.

Хоккейный клуб «Ак Барс»

– Каково это – забить победный гол в финале Кубка Гагарина?
– Это было здорово! На самом деле, когда я вспоминаю тот матч, я думаю не о том, что я забил победную шайбу, а о том, как мы все вместе подняли над головой кубок и как праздновали победу после.

Хоккейный клуб «Ак Барс»

– Расскажи о своих отношениях с Зинетулой Билялетдиновым, каково это – работать с русским тренером?
– У нас были очень хорошие отношения, он идеально говорил по-английски. Он всегда замечательно ко мне относился, многому меня научил. Его система была  совсем отличной от того, к чему я привык, но он был очень терпеливым, всегда уделял мне время, чтобы объяснить что-то на английском, как и всем остальным легионерам, чтобы убедиться, что все всё поняли.

– Чего не хватило «Ак Барсу» в прошлом сезоне, чтобы пройти дальше в плей-офф?
– Я думаю, «Авангард» был просто сильнее в той серии. Мы выглядели уставшими, не знаю почему. «Авангард» был намного быстрее.

«Авангард»

– Как ты получил предложение от «Авангарда»? Было ли это неожиданно, ведь ты перешел в команду, когда сезон только начался.
– Я получил травму на предсезонке, так что я какое-то время восстанавливался после этого. Я знал, что «Авангард» был в поисках центрального нападающего, но мне комфортнее играть с краю, поэтому я не думал, что это возможно. Я знал, что это одна из лучших команд в лиге, и что им нужен еще один легионер, но я не думал, что это буду я (улыбается). Так что я очень рад, что мы договорились – всегда здорово играть в сильной команде.

Sport Media News, Алина Клинкова

– Ты принял это предложение сразу или тебе потребовалось какое-то время, чтобы подумать?
– Нет, я сразу согласился. Я долго разговаривал с Бобом, он объяснил мне идею, как и где я буду выполнять свою роль в команде. Мне потребовалось несколько дней, чтобы просто обговорить это с семьей, но в целом все получилось довольно быстро.

– Расскажи и своих первых впечатлениях о «Авангарде», как ты себя здесь ощущаешь?
– Мне здесь очень нравится. Все организованно на высоком уровне. Мне очень нравится работать с Бобом, он доверяет мне и позволяет проводить много времени на площадке, так что это все, о чем я мог бы пожелать. Единственное – немного сложно добираться из Москвы, но мы живем в очень хорошем районе, моей семье здесь нравится, а это самое главное. Я могу посидеть пару часов в такси ради этого, это не проблема.

– В своем первом же матче за «Авангард» ты набрал первые очки, как получилось так быстро сыграться с партнерами по команде?
– Я играю с хорошими игроками, система, по которой мы работаем, мне очень подходит. Я достаточно габаритный игрок, но я считаю, что у меня также и неплохое катание, я люблю работать, стараюсь играть на максимальных скоростях. Я думаю, это ключ к успеху – быть там, где чувствуешь себя комфортно. Это позволяет получать удовольствие от того, что ты делаешь. Это было несомненно хорошее начало, и я буду стараться продолжать оправдывать такое доверие в течение сезона.

Sport Media News, Алина Клинкова

– Как ты считаешь, в чем заключаются сильные стороны «Авангарда» в этом сезоне?
– Думаю, работа, скорость и давление. Сейчас у нас много травм, кто-то болеет, но нам все равно удается выигрывать некоторые игры.

– Говоря о травмах, которые так или иначе – часть хоккея, как ты справляешься с ними?
– С этим ничего не поделаешь. Если ты играешь в хоккей, то травмы случаются. Это часть игры. Я просто стараюсь оставаться сосредоточенным, уделить время восстановлению, чтобы поправиться как можно быстрее. Иногда это бывает морально тяжело, когда находишься не с командой, когда не катаешься каждый день, но это часть профессионализма – быть сильным как физически, так и морально.

– Есть ли у тебя правило номер один в хоккее?
– Это клише, но «выкладываться на полную каждый день». Не каждая игра может быть удачной, иногда бывают и плохие матчи, но ты всегда должен прилагать максимум усилий, всегда работать.

– А в жизни?
– Стараться быть хорошим человеком каждый день. У меня молодая семья, так что я стараюсь быть хорошим отцом и хорошим мужем, образцом для подражания для своих детей, но не оказывать на них давления, стараюсь учить их жизни, доброте, сострадании и любви, о том, как быть частью семьи, ведь они мальчики, и у них это все тоже впереди.

– Как ты думаешь, какие черты характера самые важные для хоккеиста?
– Преданность, уважение как к своей команде, так и к сопернику, способность всегда прийти на помощь своим партнерам по команде, вступиться за них. Всегда здорово, когда отмечают твой профессионализм и то, насколько ты выкладываешься на площадке, но, кроме этого, хочется, чтобы люди просто говорили, что ты хороший человек и что с тобой было приятно работать.

Блиц

Как бы ты описал себя в трех словах?
– Я люблю хоккей (смеется).

Что тебя вдохновляет?
– Семья.

Последнее, что заставило тебя улыбнуться
– Семья.

Мы заканчиваем интервью, ты выходишь с арены и находишь лотерейный билет, по которому выигрываешь 10 миллионов долларов. Что будешь делать с этими деньгами?
– Большую часть отдам семье, что-то на благотворительность, создам трастовый фонд для детей и съезжу с отпуск с семьей.

Какую супер-способность бы ты выбрал?
– Способность летать.

– Какую песню ты можешь слушать целый день без остановки?
– Это постоянно меняется, но наверное, что угодно из Джорджа Стрейта.

Какая твоя любимая песня 90-х?
– Макарена? (смеется)

– Какой фильм должен посмотреть каждый?
– Для хоккеистов – «Удар по воротам», а так … «Побег из Шоушенка».

Беседовала: Алина Клинкова
Фото: Алина Клинкова,  NBC Chicago, ХК «Ак Барс»

[Всего: 3   Средний:  5/5]
0